Ярослав Вознюк | Хиханьки и психология

Пост без текстового описания.

Почему психолог любит пирожки с тревогой? Или почему с тревожной привязанностью работать гораздо проще, чем с избегающей? 1. Признание проблемы - первый шаг к ее исправлению. У тревожного пирожочка проблема есть. Ему или грустно в одиночестве или грустно, что партнер не такой теплый. У избегающего пирожочка проблем нет проблем. У него все н о р м а л ь н о. Если не болит, то зачем лечить? Чтобы с этим запросом пришли в работу - это я не знаю, что должно произойти. 2. Доступ к своим чувствам. У тревожной булочки доступ не просто есть, там эмоций гораздо больше, чем в среднем по больнице, прорабатывай на здоровье, с головой хватит. У избегающей булочки доступа нет, все наглухо заблокировано и рационализировано еще в детстве. Приходится "размораживать", показывать, вокруг да около походить и тд. 3. Триггеры. У тревожного пончика всегда понятно, что вызвало всплеск переживаний. Не ответили на сообщение - страшно. Увиделись на три, а два раза в неделю - покинуто. Огрызнулись - отвергнуто. Поставили точку в конце предложения - hello, darkness, my old friend. Понятно с чего начинать работу и они помнят из детства все, что с этим связано. У избегающего пончика триггеров нет. На тебя орали? Нет. Тебя оскорбляли? Нет. Тебя не любили? Любили. А чего тебе плохо? А хрен его пойми, просто плохо, что человек рядом. До десяти лет себя не помнят, с чего началось не помнят, воды нет, растительности нет, населено роботами. А наладить работу механизма гораздо проще, чем отрастить механизм почти с нуля. 4. Восприятие травмы. Когда тревожного эклерчика в детстве травмировали - это выглядело и ощущалось как холод разрыв отношений со значимым взрослым, а это страшно, к взрослым лучше прижаться поближе. Родитель пусть и непредсказуемый, но остаётся источником тепла и заботы, только подстроится надо. Когда избегающего эклерчика травмировали - это ощущалось как боль, но выглядело как забота и внимание. Родитель на месте, но источником заботы и тепла больше не ощущается. И если других взрослых поблизости не оказалось, то другого выхода, как закрыться, у детской психики просто нет. Если внешне описать ситуацию - она не выглядит ужасной и порицаемой, семья как семья, у многих похуже будет. Поэтому они растут с мыслью "да все нормально было". Хотя для того, чтобы детёныш социальных приматов, у которого чуть ли не генетически прописано искать общества и контакта с близкими (и без них он не выживет) посмотрел вокруг и сказал "да в пизду, я лучше сам как-нибудь" - надо ооочень постараться, тут исключительный талант нужен. То есть тревожный человек - это ребенок, который столкнулся с отвержением и пытается вернуть контакт. Избегающий - это ребенок, который столкнулся с отвержением, смирился и научился в этом жить. Как в том меме на виселице "В первый раз, да?" 5. Сопротивление. Когда мы в работе начинаем отпускать боль, которая лежит в основе всей этой пиздопляски, то мало не покажется. И любой нормальный мозг по умолчанию не хочет идти в боль, которую годами успешно скрывал. И тут мы вспоминаем ради чего это все. Тревожному кокосику можно сказать: "Да, понимаю, тебе страшно, больно и одиноко, но если мы все сделаем, то ты сможешь найти своего человека и построить классные и здоровые отношения". И это понятная и ценная цель, ради которой можно постараться. Если тревожному кокосику сказать "Да, тебе сейчас плохо, но там в конце этой работы тебя ждут отношения", он посмотрит как на идиота. Друг, мне и так плохо, че ты меня еще и пугаешь? 6. Разное направление взгляда. Тревожный круассанчик привык смотреть на других, подстраиваться, угождать, замечать изменение мимики и тона, требовать внимания... Поэтому если сказать "а теперь посмотри не на других, а внутрь себя, как ты о себе позаботишься?", то он раньше или позже найдет то, что ему нравится: книги, прогулки, танцы, массаж, работа и тд. Это не требует значительных внешних усилий и скорее приятно. Избегающий круассанчик привык отгораживаться от других в себе и жить как ему удобно. Ему, наоборот, надо выходить к другим людям и взаимодействовать с ними И делать не только как привычно и удобно для себя, но и чтобы другим тоже было клево и удобно, а оно сложнее. В общем и целом, у тревожных тарталеток болит сильнее, они более зависимы от других, но вылечить это проще. У избегающих тарталеток не болит, они автономны и прекрасно справляются сами, но если не справляются, то вылечить это сложнее. Но все равно необходимо. Гарвардское исследование счастья, которое за 85 лет осмотрело десятки тысяч человек подтвердило, что самая прямая и устойчивая связь есть только между счастьем и нормальными социальными связями. И тем и другим показано прийти в Клуб и прорабатываться. Вот сюда заходите: https://yavoznyuk.tilda.ws/vkmp